Поддержать деятельность МХГ                                                                  
Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

«Этот штраф пойдет на войну»: главред приморской газеты отказывается платить 200 тысяч рублей за «фейки» о российской армии



Ирина Гребнева, журналист, лауреат Премии МХГ

За тексты, связанные с войной в Украине, главному редактору приморской газеты «Арсеньевские вести» Ирине Гребневой выписали три штрафа на сумму свыше 200 тысяч рублей. По ее словам, она принципиально не собирается «оплачивать войну» и планирует опротестовывать все приговоры вплоть до Верховного суда.

Опыт судебных процессов у Гребневой, пишут Сибирь.Реалии, обширный — закрыть газету и посадить редактора пытаются с 2000-х годов, когда, по ее словам, закончились «последние свободные выборы».

«Не объясняют, чем оскорбили. Дискредитация и все!»

— Сейчас меня признали виновной по двум судебным процессам, оба по статье о «дискредитации российской армии» — за публикации в номере №10 и №9 впаяли 60 тысяч рублей штрафа. Но это только начало, статей все больше и больше набирается. По номеру №14, где собраны письма читателей, которые нам пишут, впаяли 150 тысяч рублей, тоже «военные фейки» увидели. А сейчас, судя по протоколам, «пошли» прямо по моим статьям. Но в материалах дела все предельно сухо: номер выпуска и обтекаемые фразы — «усмотрели, мол, дискредитацию».

— Что именно такого написали читатели, что они штраф выписали?

— Одно письмо местного писателя, он издает книги, очень хорошо пишет, сдержанно даже, я бы сказала, об экономической ситуации в крае. Второе письмо — тоже одного из лучших наших читателей, который неплохо пишет (по решению суда оба письма с сайта удалены. — Ред.). Публикуем мы письма тоже понятно отчего — мы без денег, у нас журналистов раз-два и обчелся, поэтому большое участие в выпуске газет принимают наши читатели.

— Хотя бы на суде удалось выяснить, какая именно строчка признана «дискредитирующей»?

— Не объясняют ничего даже на процессе, перечисляют статьи, которые написаны, по заголовкам. Даже не объясняют, по какой фразе, по какому признаку, чем оскорбили. Дискредитация — и все!

На первых судах, в частности, где впаяли 60 тысяч рублей штрафа, нам еще расшифровывали — в частности, у меня была фраза «кадыровские головорезы» в № 9. Обвинение заказало экспертизу — эксперт по вызову заявила, что этой фразой я якобы всю чеченскую нацию оскорбила, вплоть до вероисповедания. Меня даже слушать не стали.

Именно после этого 9-го номера нам запретили печататься. Устно об этом объявил прокурор, а потом «нас ушли» из типографии — просто отказались печатать. Мы сейчас в довольно урезанном виде печатаемся, чуть ли не на коленке, но выходим. Что есть сил хотят заткнуть нам рот.

— Куда вы после отказа пошли, в какую-то маленькую типографию?

— На счастье, у нас есть свой крошечный издательский дом «Водолей», обычно мы печатаем книги под заказ. Правда, никаких заказов нет уже давным-давно, у людей денег нет. Теперь на этой технике мы печатаем газету.

Сайт наш давным-давно заблокирован, но после шквала обращений от читателей мы туда все равно продолжили размещать статьи.

— Читатели заходят по «зеркалам», освоили VPN?

— Да. Мы не сразу сориентировались, что не надо бросать сайт после блокировки. Так читатели нам стали звонить: «Вы что же, мы хотим читать, мы можем проникать на ваш сайт и после блокировки. Так что давайте, действуйте, публикуйте».

Смешной случай был, показал, что, оказывается, не только наши читатели могут обходить блокировки Роскомнадзора. Вышла у нас критическая статья о «Почте России», так нам аж из Москвы позвонили — робот «Почты России», видимо, отслеживает все публикации, что существуют, и он спокойно пользуется VPN.

«Минус ура-патриоты»

— Насколько сложно в Приморье писать о войне? Остались ли еще независимые СМИ, кроме вас?

— Нет, по-моему, сейчас здесь никого не осталось. Более того, у нас читателей резко меньше стало. Конечно, связано это и с тем, что раньше газета выходила форматом А3 с полноцветной обложкой, а сейчас из-за отказа типографии — форматом А4 без программы телевидения, в чисто черно-белом варианте.

Часть отказалась, потому что цена резко повысилась. У нас долгое время была очень низкая цена, но мы уже никак не могли тянуть газету по этой стоимости — и бумага подорожала, и все услуги, почта. Соответственно, две с лишним наших цены сверху накидывает. Поэтому в какой-то момент пришлось резко повысить цену.

Но те, кто хотят правду слушать, и в этом виде продолжают нас выписывать. Повлияло и то, что многие распространители также отказались от нашей газеты. Правда, не все.

Те читатели, кто подписку сохранил, постоянно говорят, что мы очень хотим, чтобы вы остались, работали. Вот для них мы и существуем. Но очень много людей от нас отписались в 2014 году, когда был аннексирован Крым. У нас начались серьезные проблемы, потому что мы резко высказались против — тираж раза в три упал. Минус все ура-патриоты. Сейчас, кстати, тоже некоторые отказываются и при этом пишут нам, что они одобряют эту «спецоперацию».

Но пока есть, кто нас поддерживает, мы будем выходить. Пока суд нас не арестует, или я не знаю, что с нами сделают. На нас очень сильно сейчас набросились.

— Сколько примерно подписчиков ушло?

— У нас сейчас меньше тысячи подписчиков, да и сам тираж у нас чуть больше тысячи — 1200—1300. Казалось бы, незачем и выходить, но мы как-то хотим поддержать тех, кто против войны.

Для сравнения, в 2021 году у нас было две тысячи подписчиков. Это половина тех, кто был у нас в начале 2014 года, к примеру. После критики «референдума» в Крыму больше половины ушло. Кстати, в 2014 году на нашу позицию несогласные читатели намного более бурно реагировали — то и дело угрожающие звонки поступали. У меня редакция дома находится, поэтому, можно сказать, лично звонили.

Мы, конечно, ни тогда, ни сейчас не боимся. Все же 30 лет выходим: в 1992 году начали выпускать газету. Все это время у нас в учредителях физические лица.

22 года назад — летом 2000 года — главный редактор газеты «Арсеньевские вести» Ирина Гребнева отсидела 5 суток. Ее арестовали 27 июля за опубликованный в газете материал, где она дословно привела расшифровки телефонных разговоров, как утверждалось, высших должностных лиц Приморья и Владивостока. Текст был напечатан без купюр со всеми нецензурными выражениями. Прокурор и суд расценили это как мелкое хулиганство.

Все 5 суток Гребнева держала голодовку, протестуя против решения суда. Позже защите редактора удалось опротестовать приговор в ЕСПЧ.

— На госконтрактах никогда не сидели?

— Одно время было: очень маленькие госконтракты от нашей думы были, когда независимые еще кандидаты в нее баллотировались, они с удовольствием у нас рекламировались. Тогда дума контракты делала с теми СМИ, которые заявляли сами кандидаты. Сейчас этого уже нет, и независимых кандидатов больше нет в думе. Это длилось недолго. А от администрации мы денег никогда не брали.

Мы очень много зарабатывали во времена Ельцина. Мы еще захватили времена, когда появились настоящие выборы и для того, чтобы победить, нужно было понравиться избирателю. А как это сделать? Через СМИ. Очень много денег в эти времена пресса зарабатывала. А к нам очереди стояли, потому что самая независимая газета, очень доверяли нам читатели. Когда эти времена закончились, мы тоже застали…

Уже на вторые выборы Ельцина начались подтасовки, а дальше пошло-поехало, стало традицией.

— В 1992 году, когда открывали газету, в чем основная задача была?

— Мы сразу себя заявили как издание правозащитное. Очень много обращений было в газету именно с целью защитить права. Даже в судах и в прокуратуре, когда пострадавшие жаловались, мол, нет защиты, им тихонечко советовали: обратитесь в «Арсеньевские вести». За эти годы и детей в семьи возвращали, и положенное жилье выбивали, на работу возвращали, невыплаченную зарплату тоже. Всех случаев за столько лет и не упомнишь.

И с начала 2000-х годов без конца судились. Со всеми органами власти фактически у нас были суды. И с ЖКХ, с полицией (еще когда милицией была). С губернатором, конечно.

Когда люди обижались на чиновников, милицию, они писали нам, мы собирали факты и писали об этом. Ни разу ни одного суда не проиграли. Кроме вот нынешних.

— Вы публиковали материалы в том числе и о фальсификации результатов выборов?

— О фальсификациях на выборах постоянно. В период выборов на нас настоящая охота шла. Нас судили, а мы опротестовывали приговоры, доказывая, что написали правду. Именно иски по публикациям о выборах мы дважды удовлетворили в Европейском суде. Один из них был связан с критикой прокурора. Мы написали, что именно прокурор участвовал в фальсификации. В ответ газету арестовывали, нас задерживали, но нам удалось опротестовать все эти незаконные действия.

У нас, кстати, и сейчас в ЕСПЧ три иска зависли, уже приняты к рассмотрению, но решение по ним, наверное, уже не вынесут (16 марта 2022 года Россию исключили из Совета Европы, страна также перестала соблюдать Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод и исполнять решения ЕСПЧ, вынесенные после этой даты. — Ред.).

— Иски по какому поводу?

— «Контрабандная вертикаль», так называется самая громкая наша статья о контрабанде товаров из Китая, которые везли на Черкизовский рынок. У нас был очень компетентный человек, который нас информировал и доказал, что вся вертикаль замыкалась на президенте России. Мы об этом написали. Был суд. И поскольку доказательств у нас было много, штраф нам присудили крошечный. Тем не менее платить мы не собирались, опротестовали и дошли до Европейского суда. Еще два иска связаны с публикациями на правозащитные темы.

«Госпропаганда сильно зомбирует наших граждан»

— Судя по всему, нынешнему режиму сложно вас удивить. Или войны в конце февраля не ожидали?

— Не ожидали. Новость о том, что война началась, — это был такой кошмар, ужас. До сих пор вся наша команда сильно переживает то, что творится в Украине. Очень боимся, что это затянется, а загнивание нашей страны продолжится. Хочется, очень хочется, чтобы, наконец, что-то изменилось в нашей стране.

Вокруг меня много людей, которые думают так же, надеются. Но я осознаю, что нахожусь среди единомышленников. От нас уже отдалилось много ура-патриотов, я понимаю, что вне моего круга их еще слишком много. У меня твердое убеждение, что создает их наш телевизор, госпропаганда сильно зомбирует наших граждан. Я не знаю, какие технологии они используют (может быть, на самом деле 25-й кадр какой-то применяют, психологов подключают), но насколько сильно те, кто смотрит телевизор, зомбированы — в голове не укладывается, никакие доводы на них не действуют: «Мы самая лучшая нация, мы сейчас проучим». Очень много таких, слишком много.

Я считаю, что они унижены в своей нищете. Грубо говоря, люди в дерьме просто живут. И тут им вдруг говорят: «Вы самые лучшие, вы сейчас победителями будете». Это создает им иллюзию, что они не в дерьме, не все же могут анализировать то, что творится, некоторые дальше собственного носа вообще ничего не видят.

— Прямо в дерьме?

— Ситуация в Приморье ужасна. Сейчас они жалеют Европу, что она, мол, без газа замерзнет, а у нас уже больше двух месяцев в столице края нет горячей воды! Мы тут загибаемся. Мы сами-то газом никогда и не пользовались, не нюхали его, как говорится. Во Владивостоке так живут практически все: очень бедное население, цены выросли раза в два или выше, зарплаты не хватает ни на что, кроме еды и самого необходимого — это можно наблюдать по тому, как долги по ЖКХ растут у людей.

Ребята реально могут поехать в Украину [воевать] именно за деньгами. Это действительно страшно: их уже не останавливает угроза того, что их убьют, каждый надеется, что выживет именно он. Настолько нет у людей денег, что они готовы идти на риск не только чужой, своей смерти — лишь бы заработать!

Я лично с такими не знакома, но знаю через людей: у друга моего воспитанника пошел товарищ туда, оттуда привезли его мертвым. Знаю соседа нашего юриста Татьяны Демичевой: парень уезжал туда воевать, недавно приехал на побывку и собирается опять туда. Очень хочет себе на квартиру заработать. Жилье за местные зарплаты неподъемно: 35 тысяч рублей — это самая хорошая в крае зарплата, из средних (у кого 50 тысяч — редкая удача), а квартира однокомнатная стоит несколько миллионов.

Российским СМИ сейчас новыми законами запрещено писать даже о потерях нашей армии, любая информация о том, как они воюют и убивают, будет оценена как дискредитирующая. Остается писать об экономическом состоянии нашей страны, которое сейчас в полном упадке. Тем не менее даже за эти рассуждения наше правосудие стремится нам во что бы то ни стало заткнуть рот. Посмотрим. Очень надеемся, что быстро, как-то одномоментно все изменится.

«Народ нищает, отношение к „спецоперации“ меняется»

— Вы оптимист. На чем основывается ваша надежда?

— Помните, когда от Киева стали отступать в ходе «спецоперации», ура-патриоты прямо очень сильно разозлились на это. А что будет, если остальные территории освободят, что мы захватили, включая Крым? Как будут на это реагировать наши «патриоты»?

Еще у нас пустеет бюджет, начались случаи невыплаты зарплат на заводе. Пустые холодильники — они ведь в домах у всех теперь, в том числе ура-патриотов. Долги растут, народ нищает, отношение к «спецоперации» меняется.

Да, я оптимист, не отрицаю. Благодаря этому в том числе газета 30 лет живет, хотя все эти годы нам регулярно говорили, что нас вот-вот закроют. Как видите, уже печатать запретили, а нас продолжают читать.

— На штрафы, которые не удалось опротестовать, читатели, друзья помогают собирать?

— Я даже не стала обращаться за помощью в этом вопросе. Потому что я знаю, что этот штраф пойдет на войну. Что же я буду с наших читателей на нее собирать?

Я и так собираю с них деньги сейчас, чтобы выпустить хотя бы еще один номер газеты. Мы выживаем с огромным трудом. Да, я прошу у читателей деньги, но не на штрафы. Недавно один из штрафов, самый крупный (150 тысяч рублей по статье 20.3.3 о «дискредитации» ВС РФ. — Ред.) удалось отменить в краевом суде. Я даже не ожидала, и наш юрист тоже. Видимо, судьба и Бог на нашей стороне, будем надеяться, что так и дальше будет.

Юрист Татьяна Демичева влияние «судьбы и Бога» не исключает, но считает причиной удачной апелляции многочисленные нарушения со стороны обвинения.

«Участковый, который составлял протокол по статье 20.3.3, совершил несколько фальсификаций — мы все это записали на диктофон, расшифровали на 20(!) страниц, и если первая судья на это плюнула, как говорится, то в краевом суде впечатлились и решение отменили. Кроме того, в протоколе не было указано, а какие именно слова в опубликованных письмах читателей являются дискриминацией. Об этом также ни слова не было на суде и в мотивировочной части решения, — рассказывает Демичева. — По этим основаниям я рассчитываю снять обвинения и по двум другим протоколам. Единственное, что тревожно, — по заявлению Роскомнадзора статья, где Ирина упоминает «кадыровских головорезов», признана экстремистской (в рамках ФЗ № 13 «О противодействии экстремизму»).

Да, в расчет была принята нелепая экспертиза, согласно которой статья без единого слова «чеченцы» названа оскорбительной для жителей Чечни по происхождению и религии. Но, учитывая, насколько вольно у нас трактуют сейчас обвинение в экстремизме, автору статьи может грозить личное обвинение. Добиваются они, безусловно, молчания. То есть если Ирина продолжит писать на тему того, как ухудшается экономическая ситуация в России, к примеру, эту угрозу могут применить».

Сама Гребнева эти риски хорошо осознает.

— Когда были у участкового, составлявшего протоколы, увидели толстенную папку: оказывается, и Следственный комитет, и Роскомнадзор, и прокуратура, и многие другие органы, о которых мы первый раз слышим, занимаются нашей газетой и нашими публикациями. Там столько материалов, столько расследований — мы просто были поражены. Они, конечно, за нас очень сильно взялись. Но обысков же пока не было? Хотя, думаю, будут, когда лично меня экстремистом признают. Тогда и обыск, и арест сразу, — спокойно перечисляет редактор. — Хотя все эти вмененные статьи (даже без упоминания фальсификаций участковым), они же являются полнейшим нарушением Конституции Российской Федерации.

Я про это на каждом суде с нажимом говорю: «Существует Конституция, ее пока никто не отменял, и все эти законы, по которым вы меня судите, они противоречат Конституции, они с ней не согласуются. Так и сказано, что ни один закон, который противоречит Конституции, не имеет правовой основы, по нему никто не может судить». Они, конечно, плюют на это.

Источник: Настоящее время *, 22.07.2022

* Внесено в Реестр иностранных СМИ, выполняющих функцию иностранного агента


Приведенные мнения отображают позицию только их авторов и не являются позицией Московской Хельсинкской группы.

Поддержать МХГ

На протяжении десятилетий члены, сотрудники и волонтеры МХГ продолжают каждодневную работу по защите прав человека, формированию и сохранению правовой культуры в нашей стране. Мы убеждены, что Россия будет демократическим государством, где соблюдаются законы, где человек, его права и достоинство являются высшей ценностью.

45-летняя история МХГ доказывает, что даже небольшая группа людей, убежденно и последовательно отстаивающих идеалы свободы и прав человека, в состоянии изменить окружающую действительность.

Коридор свободы с каждым годом сужается, государство стремится сократить возможности независимых НКО, а в особенности – правозащитных. Ваша поддержка поможет нам и дальше оставаться на страже прав. Сделайте свой вклад в независимость правозащитного движения в России, поддержите МХГ.

Банковская карта
Яндекс.Деньги
Перевод на счет
Как вы хотите помочь:
Ежемесячно
Единоразово
300
500
1000
Введите число или выберите предложенную слева сумму.
Нужно для информировании о статусе перевода.
Не до конца заполнен телефон
Оставьте своё имя и фамилию, чтобы мы могли обращаться к Вам по имени.

Я принимаю договор-оферту

МХГ в социальных сетях

  •  

Остановить войну с Украиной!
Сторонники мира против Партии Войны в российском руководстве
Призыв к социальным сетям. Не будьте инструментом цензуры!
Петиция в поддержку Мемориала*

change.org

* внесен в реестр НКО-иноагентов

Потребуйте освободить Александра Габышева из психиатрической клиники! Напишите ему письмо солидарности!
Требуем обеспечить медицинскую помощь заключенным при абстинентном синдроме ("ломках")
Мы требуем отмены законов об "иноагентах"

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2022, 16+. 
Данный сайт не является средством массовой информации и предназначен для информирования членов, сотрудников, экспертов, волонтеров, жертвователей и партнеров МХГ.