Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Путин предложил смягчить статью об экстремизме

Фото: Юрий Мартьянов / Коммерсантъ

3 октября президент РФ Владимир Путин внес в Госдуму поправки, существенно смягчающие наказание по печально известной 282-й статье «Возбуждение ненависти либо вражды», сообщает «Новая газета». Согласно ним, за первое нарушение по этой статье преступившего закон человека ждет не уголовное, а административное наказание. И только потом, если уже случится рецидив, дело переквалифицируется в уголовное с реальным (вероятнее всего) сроком. При этом два нарушения должны произойти в течение одного года, а экстремизм в первый раз будет караться лишь штрафом до 20 тысяч рублей, обязательными работами или арестом до 15 суток.

Комментируя президентские поправки, пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков заявил, что таким образом «исправляется проявление маразма» — вероятно, имея в виду, что в последнее время резонансных дел по 282-й статье стало слишком много.

Руководитель Международной правозащитной группы «Агоры» Павел Чиков уже подсчитал, что многие дела, которые рассматриваются сейчас или рассматривались раньше, будут пересмотрены, а приговоры, вероятнее всего, отменены. «Срок давности привлечения к административной ответственности — один год, то есть для большинства не будет и административки», — пишет Чиков в своем telegram-канале.

В Госдуме уже пообещали, что так вероятнее всего и будет: председатель комитета по госстроительству и законодательству Павел Крашенинников заявил «Дождю», что документ в трех чтениях может быть принят до конца осенней сессии.

Вроде бы налицо — победа гражданского общества, которое проявило редкое единение перед лицом очевидной угрозы. До Путина достучались публично: это сделал во время «Прямой линии» депутат Сергей Шаргунов. Сейчас он говорит, что готов все лавры отдать другим, но не без гордости уточняет, что «Карфаген должен быть разрушен, и от него сейчас удалось отколоть большой кусок». «Конечно, после моего вопроса появилось поручение президента, я готовил бумаги, которые легли ему на стол, и я знал, что будет послабление и смягчение, — говорит Шаргунов «Новой газете». — Понятно, что я выступаю за полную декриминализацию, а здесь административка для «дебютантов» предлагается. Но это лучше, чем очередной драконовский закон, и понятно, что противодействие этим послаблениям тоже было очень сильное».

Не мог Кремль не учитывать и общественный резонанс вокруг дела «Нового величия» — возмущение настолько явной «подгонкой» молодых людей под 282-ю статью было таким сильным, что вылилось в «Марш матерей», а петиция «Новой газеты» на сайте change.org с требованием прекратить это дело набрала почти 200 тысяч подписей. К тому же, в дискуссию включился даже Верховный суд, который сначала сказал, что сажать за репосты всех без разбора нельзя, а потом устами председателя Вячеслава Лебедева заявил, что «дел немного по России – чуть более 500 (в год)». Количество уголовных дел при этом тоже выросло в разы – что, справедливости ради, после слов президента все госорганы искренне обеспокоило.

Но сильных иллюзий от новых поправок питать не стоит, с сожалением говорят адвокаты, сталкивающиеся с такими делами на практике. «Это точно нельзя назвать победой гражданского общества, – категоричен юрист «Агоры» Алексей Бушмаков. — Статья ведь не декриминализирована полностью. Это полумеры и реакция президента на возмущение: на волне общественного негодования президент решил что-то сделать. Это можно попробовать воспринимать как некий первый шаг к либерализации, к появлению хоть какой-то дискуссии в стране. Сейчас, по факту, любая критика власти, церкви или межнациональных вопросов запрещена, а недовольство уже воспринимается как нападки на основы государственного строя».

Половинчатость действий власти по смягчению 282-й еще и в том, что нейтрализации только этой статьи недостаточно: есть еще 280-я статья, которая переводит подобные дела о «разжигании» в подследственность ФСБ (из-за этого, к слову, есть версия, что аппаратно поправки Путина ослабляют Следственный комитет), есть «Оскорбление чувств верующих» (148-я статья). «Возможно, увеличится количество дел именно по этим статьям теперь, — не исключает Бушмаков. — Возможно еще, что мы увидим неадекватную реакцию правоохранителей на новые поправки. Никто не хочет лишаться статистической «плюшки». Произвол правоохранителей должен попадать под судебный контроль. Судьи не должны становиться соучастниками желаний срубить «палку».

Скрытая опасность президентских поправок в том, что новая конструкция наказаний фактически будет исключать условные сроки для тех, кто попался на 282-й статье второй раз за год. Логика тут следующая, объясняют адвокаты: если раньше во время суда можно было уповать на то, что свои действия можно оправдать случайностью или тем, что «бес попутал» — то второе нарушение придает действиям подсудимого некую «идейность».

Для таких наказание за «разжигание», пусть оно и в интернете и СМИ, может быть гораздо суровее: вам дали возможность исправиться, а вы нам «фигвамы» со свастикой рисуете.

Но если такой сценарий и возможен, то позже. Сейчас, безусловно, в большинстве дел приговоры будут максимально смягчены, и даже если до принятия поправок кого-то осудят на реальные сроки – их тут же должны отменить (любое другое развитие событий будет дополнительным поводом для возмущения).

Другое прочтение 282-й статьи создает опасность и для СМИ, поскольку административная ответственность может наступать и для юридических лиц – а это до полумиллиона рублей, указывает директор информационно-аналитического центра «Сова», член Совета по правам человека при президенте РФ Александр Верховский.

«Совет по правам человека высказывал пожелание, чтобы из законопроекта убрали понятие об «унижении достоинства» по разным признакам или убрали отовсюду понятие «социальная группа», вражду к которой очень легко возбудить, — рассказывает он в беседе с «Новой газетой». — В итоге оставили все как есть, только перевели в административную плоскость. Это очень недостаточные перемены».

Правозащитник предполагает, что теперь станет меньше «случайных» уголовных дел о «лайках» и репостах, зато количество административных производств — учитывая их легкость, — резко возрастет.

Новые поправки наверняка преследовали и еще одну — важную для таких историй — цель: показать, что президент «с народом» и к нему прислушивается, все вокруг плохие, а он точно в белом. Но одно не отрицает другое, что для кого-то победа, для кого-то — «тактический ход», говорит Верховский. «Тут важно смотреть, что будет дальше. Хороший вариант — власти соберутся с духом и еще что-нибудь отменят или либерализуют. Плохой — и более вероятный — тему с «экстремистскими» статьями на этом посчитают закрытой, надеясь, что общественность успокоится», – резюмирует он.

В целом, внесенные президентом предложения — это «лучше, чем ничего», говорит правозащитник, лидер движения «За права человека», член Московской Хельсинкской Группы Лев Пономарев, но «болячки» никуда не делись. «Самая главная проблема поправок — не меняется сам подход, что возможно уголовное преследование за слова и картинки, — говорит он «Новой газете». — Но это уже такая ментальность власти: ужесточение наказаний ради сохранения контроля. Есть большая инерция действий правоохранительных органов. И эта инерция не сломлена».

МХГ в социальных сетях

  •  
Прекратить дело "Нового величия"!
Остановим пытки в российских тюрьмах! #БезПыток
Отпустите их к мамам. Аня Павликова и Маша Дубовик не должны сидеть в СИЗО
Помогите спасти Олега Сенцова и других политзаключенных! Help to save Oleg Sentsov!
Освободим правозащитника Оюба Титиева #SaveOyub #SaveMemorial
О создании Комитета действий, посвященных памяти Бориса Немцова
Требуем немедленной отставки директора ФСБ России А.В. Бортникова

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2018, 16+. Текущая версия сайта поддерживается благодаря проекту, при реализации которого используются средства гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.