Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

"Московское дело" должно быть закрыто

 

Члены МХГ обратились к Татьяне Москальковой с призывом дать правовую оценку уголовных дел, возбужденных в связи с событиями 27 июля и 3 августа в Москве.

7 сентября в адрес Московской Хельсинкской Группы поступило обращение родителей фигурантов «Московского дела» («Дела 212») с просьбой довести его до сведения Уполномоченного по правам человека в РФ Татьяны Николаевны Москальковой, а также предать огласке.

Письмо родителей было направлено в аппарат УПЧ РФ с сопроводительным комментарием членов МХГ:

«По нашему мнению, это дело имеет признаки политической мотивированности. Очевидно, что все действия, которые вменяются арестованным и осужденным ребятам, не должны влечь за собой такие суровые наказания за малозначительностью деяний.

Мнение правозащитного сообщества единодушно: все уголовные дела, возбужденные по результатам событий 27 июля и 3 августа, должны быть прекращены. Возможно, правовая оценка Уполномоченного по правам человека поможет донести эту позицию до лиц, принимающих решения.

Мы также уверены, что во всех случаях уголовного разбирательства мера пресечения в отношении фигурантов «Дела 212» («Московского дела») может быть изменена на не связанную с лишением свободы.»

 

Текст письма родителей фигурантов «Московского дела»:

Уважаемая Татьяна Николаевна!

Мы, родители и близкие ребят, арестованных в рамках так называемого «Московского дела», обращаемся к Вам за помощью.

27 июля и 3 августа 2019 года на улицах Москвы прошли мирные массовые акции протеста против недопуска независимых кандидатов на выборы в Мосгордуму. В результате этих акций фактически не пострадал ни один человек, кроме митингующих (от действий сотрудников Росгвардии, ОМОНа и полиции), не было нанесено вреда городскому или частному имуществу. Статья 31 Конституции РФ гарантирует свободу собраний.

Тем не менее, сотрудники полиции применяли для разгона акций грубую физическую силу. Более 70 митингующих пострадали, что подтверждается независимыми общественными деятелями и СМИ. А наши дети и родные были арестованы. Вот их имена:

Сергей Абаничев

Владислав Барабанов

Данил Беглец

Айдар Губайдулин

Егор Жуков

Кирилл Жуков

Даниил Конон

Евгений Коваленко

Валерий Костенок

Константин Котов

Алексей Миняйло

Иван Подкопаев

Самариддин Раджабов

Павел Устинов

Сергей Фомин

Никита Чирцов

Эдуард Малышевский

У многих обыски, задержания и допросы проходили в ночное время, некоторых задерживали прямо при выходе из спецприёмника, где они отбывали административный арест за участие в акции. Для всех была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, хотя такая мера является исключительной. По трём делам следствие было завершено в беспрецедентные сроки — всего за 3 дня, причём без единого допроса следователем в присутствии адвоката.

В суды были представлены положительные характеристики, многочисленные поручительства от политиков, учёных, деятелей культуры и искусства, предложены варианты внесения крупных денежных залогов. В общественной среде, в том числе среди студентов, была организована массовая поддержка наших детей и родных.

3 сентября уголовное преследование в отношении Даниила Конона, Валерия Костенка, Владислава Барабанова и Сергея Абаничева было прекращено. Егора Жукова и Сергея Фомина перевели под домашний арест. Однако в тот же день Ивану Подкопаеву суд назначил 3 года колонии, а Даниле Беглецу — 2 года. Через день Кирилл Жуков был также приговорён к 3 годам колонии, а Евгений Коваленко — к 3 годам 6 месяцам. 5 сентября Константина Котова осудили на 4 года.

Содержание уголовных дел не выдерживает никакой критики. Например, ребят заключили под стражу за незначительное прикасание к силовикам или бросание небольшого пустого стаканчика или бутылки. Возможно, в ряде случаев мог быть нанесён лёгкий вред здоровью, но обвинения построили так, словно наши дети являются монстрами, которые годами вынашивали преступные планы по нарушению общественного порядка и нанесения вреда окружающим. Показания свидетелей со стороны обвинения прямо противоречили тому, что происходило на акциях на самом деле; а действия наших детей в позиции следствия были гиперболизированы и очернены до невообразимой степени. Судьи необоснованно отклоняли ходатайства адвокатов, игнорировали неопровержимые факты, нагло отрицали применение насилия силовиками на акциях.

В связи с этим мы считаем уголовное преследование наших детей и назначенные им наказания открытой политической репрессией и нарушением прав человека. Мы убеждены, что наши дети и родные не сделали ничего настолько опасного для общества, чтобы давать им реальные тюремные сроки. Указанные выше сроки лишения свободы сопоставимы с наказаниями за такие преступления, как убийство или изнасилование. По словам адвокатов и правозащитников, за аналогичные «преступления» в неполитизированных делах обвиняемые получают в разы меньшие сроки либо штрафы, а иногда и освобождаются от преследования. Сложившаяся ситуация представляется нам крайне неадекватной и неприемлемой.

Находящимся под стражей на момент написания настоящего письма (6 сентября 2019 года) также могут грозить сроки в качестве продолжения серии показательных политических репрессий. Так, уголовное преследование Алексея Миняйло не было прекращено 3 сентября, как у других четверых фигурантов, хотя ему вменяется та же 212 уголовная статья о массовых беспорядках, которых не было. По 318 статье предъявлены следующие обвинения: Самариддина Раджабова обвиняют в броске бутылки в полицейского, Айдара Губайдулина — в замахе пустой бутылкой. Мы уверены, что ни попаданием бутылки, ни тем более замахом невозможно причинить какого-либо реального вреда человеку в обмундировании и в шлеме с защитным стеклом. Такие действия априори не направлены на применение насилия. Такой же аргумент, в частности, используется и самим следствием в Постановлении о прекращении уголовного преследования по делу Сергея Абаничева.

Павлу Устинову «вешают» вторую часть статьи — о насилии, опасном для жизни или здоровья. При задержании Павла полицейский якобы вывихнул себе руку, хотя на видеозаписи, имеющейся в открытом доступе, видно, что Павел просто стоял у выхода в метро, и к нему подбежало несколько полицейских для необоснованного задержания. Павел не оказывал сопротивления, а полицейский, которому он якобы вывихнул руку, смог поднять Павла руками с земли. Никиту Чирцова и Эдуарда Малышевского также обвиняют по статье 318, но на момент написания письма обвинения не конкретизированы.

Сергей Фомин сам явился в полицию после того, как его объявили в розыск, при этом вину он не признаёт. Один только этот факт свидетельствует о том, что Сергей является честным и порядочным гражданином, он ни в чём не виновен. Уголовное преследование Сергея строится на том, что он во время митинга взял на руки чужого маленького ребенка. Однако этот ребёнок не был чужим, Сергей приходится ему дядей и крёстным отцом. Никакой опасности для ребёнка это не представляло. Обвинение является выдуманным.

Егору Жукову предъявили обвинения по статье 280 УК РФ. Мы убеждены, что это политическое преследование за его открытое выражение собственного критического мнения в отношении властей. Любому здравомыслящему человеку понятно, что Егор не экстремист и не призывает к экстремизму в своих видеороликах.

Мы просим Вас разобраться в ситуации и принять следующие меры:

— дать правовую оценку жёстким и унижающим человеческое достоинство действиям сотрудников Росгвардии, ОМОНа и полиции на митингах в виде применения группового насилия с помощью дубинок;

— оценить допустимость приравнивания мирной акции к массовым беспорядкам;

— оценить обоснованность возбуждения уголовных дел в отношении наших детей;

— оценить независимость судей и судебных решений в рамках «московского дела»;

— оценить адекватность сроков по вынесенным обвинительным приговорам, а также тех сроков, которые запрашивали прокуроры в рамках обвинения;

— оценить обоснованность назначения административных штрафов ребятам, в отношении которых прекратили уголовные преследования;

— содействовать всеми возможными способами в прекращении уголовных дел в отношении всех ребят либо в значительном уменьшении сроков в обвинительных приговорах.

Наши дети и родные — студенты, менеджеры, рабочие, инженеры. Некоторые совсем молодые, у некоторых семьи и маленькие дети. Многие из ребят — это люди с активной гражданской позицией, которым не безразлична судьба нашего государства и которые могли бы сделать много хороших и полезных дел. Все ребята имеют устойчивые социальные связи, друзьями и коллегами характеризуются положительно.

Мы очень надеемся на Вашу помощь!

С уважением, родители и близкие арестованных:

Абаничев Вячеслав Иванович, отец Абаничева Сергея

Абаничева Лариса Викторовна, мама Абаничева Сергея

Абаничев Павел Вячеславович, брат Абаничева Сергея

Абаничева Варвара Вячеславовна, сестра Абаничева Сергея

Маркина Алла Константиновна, тётя Абаничева Сергея

Чмыхова Александра Алексеевна, невеста Абаничева Сергея

Раджабова Матлуба Садридиновна, сестра Раджабова Самариддина

Губайдулин Наиль Хасанович, отец Губайдулина Айдара

Губайдулина Галия Гумеровна, мама Губайдулина Айдара

Губайдулин Ильдар Наилевич, брат Губайдулина Айдара

Устинов Геннадий Васильевич, отец Устинова Павла

Устинова Татьяна Павловна, мама Устинова Павла

Устинова Юлия Геннадьевна, сестра Устинова Павла

Конон Наталья Николаевна, мама Конона Даниила

Чевычалова Марина Алексеевна, мама Костенка Валерия

Сеньковец Елена Леонидовна, мама Барабанова Владислава

Фомин Владимир Николаевич, отец Фомина Сергея

Фомина Татьяна Яковлевна, мама Фомина Сергея

Беглец Людмила Васильевна, мама Беглеца Данила

Беглец Юрий, отец Беглеца Данила

Беглец Диана Николаевна, жена Беглеца Данила

Беглец Андрей Юрьевич, брат Беглеца Данила

Плеван Моисей, брат Беглеца Данила

Подкопаев Роман Анатольевич, отец Подкопаева Ивана

Подкопаева Елена Михайловна, мама Подкопаева Ивана

Миняйло Андрей Петрович, отец Миняйло Алексея

Миняйло Надежда Георгиевна, мама Миняйло Алексея

Жукова Ирина, мама Жукова Кирилла

Ложкова Надежда Геннадьевна, бабушка Никиты Чирцова

МХГ в социальных сетях

  •  
Требуем остановить незаконные раскопки на территории мемориального кладбища Сандармох
Прекратить уголовное дело против участников мирной акции 27 июля 2019 года в Москве
Освободить Яна Сидорова, Владислава Мордасова и Вячеслава Шашмина
Требуем крупных номеров на полицейской форме!
Разрешить авиасообщение между Россией и Грузией
Свободу журналисту Ивану Голунову - автору расследований коррупции!
"Там где есть пытки — нет правды!" Петиция с призывом прекратить "дело Сети*"

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2019, 16+. Текущая версия сайта поддерживается благодаря проекту, при реализации которого используются средства гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.