Московская Хельсинкская Группа

— Ахмад Абдулхамидович, почему вы решили выдвинуть свою кандидатуру на пост президента Чеченской Республики?

— Это было для меня непростое решение. Я не в восторге от того, что оказался в гуще этих трагических событий. Так сложилось, что именно я повел линию противодействия бандитам, террористам, религиозным экстремистам, и я начал эту борьбу очень давно. Если я сегодня откажусь от выборов, то получится, что я подвожу тех, кто поверил в меня, пошел за мной, тех, кто поверил в возможность наведения порядка в республике.

На референдуме 23 марта наш народ однозначно высказался за единство с Россией, за территориальную целостность России, за мирную, стабильную, безопасную жизнь. Люди поверили мне. И я не мог их подвести. На встрече старейшин, которые собрались в Центорое со всех районов Чеченской Республики, они также попросили меня баллотироваться на пост президента Чечни. И главный их наказ был — покончить с бандитизмом, терроризмом, религиозным экстремизмом, установить в Чечне мирную, стабильную и безопасную жизнь. И они обещали свою поддержку. Население Чечни устало от бандитского произвола.

— Кто ваши избиратели?

— Мои избиратели — это, прежде всего, народ Чеченской Республики, который одобряет и поддерживает все мои инициативы. Я в этом еще раз убедился во время референдума. Мои помыслы и чаяния простых людей полностью совпадают. Иначе и быть не может. Я из религиозной семьи. Никто из моих родственников не занимал высоких государственных должностей. Я знаю, как живет народ, о чем он думает, о чем мечтает, потому что я сам из народа.

Я встречаюсь с различными слоями населения — тружениками села, рабочими, интеллигенцией, молодежью, пенсионерами, служащими, учителями, врачами и везде нахожу поддержку, это и есть мои избиратели.

— Как вы оцениваете текущую обстановку в Чечне: а) дилемма Чечня — Ичкерия; б) ситуация с оппозицией и влияние на текущую ситуацию; в) насколько информация, подаваемая в центральных СМИ, расходится с реальной картиной в республике?

— Ситуация в республике остается все еще сложной. В своем письме руководителям федеральных силовых министерств и Генеральной прокуратуры России я выразил свою обеспокоенность тем, что пропадают в Чечне мирные граждане. Неизвестными людьми в камуфляжной форме объявлена ночная охота на мирных людей. Их родственники ничего не могут потом выяснить об их дальнейшей судьбе. Это дестабилизирует обстановку. Сейчас предусмотрен ряд конкретных мер, которые должны положить конец этому. Это боль моей республики — и моя личная боль.

Что касается дилеммы Чечня — Ичкерия, то референдум 23 марта четко ответил на этот вопрос: Чеченская Республика является составной частью Российской Федерации, чеченский народ проголосовал за единство с Россией. Этим все сказано. Такова воля чеченского народа.

Информация, подаваемая журналистами в центральных СМИ, разнится. Тон этих публикаций задают те, кто оплачивает расходы по изданию газет, содержит теле и радиокомпании. Одни печатные издания, не хочу их называть, освещают события в Чечне с помощью темных красок, преподнося читателю ситуацию в Чечне только в негативном плане, другие пытаются быть более объективными, добавляя светлые тона. Но жизнь состоит не только из двух цветов, она разнообразна, многоцветна.

— Каковы будут реальные шаги, если вы победите на выборах?

— Я буду заниматься тем, чем занимался до сих пор, — буду налаживать в Чечне мирную жизнь, восстанавливать экономику и социальную сферу. Буду доводить до конца начатые политические процессы мирного урегулирования в Чечне. Президент России Владимир Владимирович Путин в этом меня поддерживает.

— Расскажите о своей предвыборной программе. И ее реально осуществить?

— Моя предвыборная программа составлена исходя из реальности, из надежд и чаяний народа. Она небольшая и вбирает в себя три направления. Кстати, я пишу о них в своей недавно защищенной диссертации, которая посвящена урегулированию российско-чеченских отношений. В ней, как и в программе, подчеркиваются три важных момента мирного урегулирования, это — доверие федерального центра к нашей республике, мы должны быть частью России, второе — это восстановление всех объектов экономики и социальной сферы при полной финансовой и материальной поддержке федерального центра. Все наши полезные ископаемые, в том числе нефть, должны находиться в распоряжении республики, чтобы мы сами на свои средства могли еще восстанавливать часть объектов экономики и социальной сферы. Об этом я еще раз напомнил председателю правительства России М. Касьянову и также попросил его о том, чтобы для Чеченской Республики предусмотрели определенные экономические, финансовые, налоговые, иные льготы, если Москва не согласится на это, а будет, как и прежде, финансировать восстановительные работы в республике в прежних объемах, я прямо об этом сказал и Путину, и Касьянову, вряд ли удастся республику скоро поднять из руин. Они меня заверили в том, что льготы будут предоставлены, что касается Договора о разграничении полномочий между Российской Федерацией и Чеченской Республикой, то в Администрации президента России есть назначенный за это ответственный человек, и этот вопрос тоже будет решен.

— Кого вы считаете своим основным соперником?

— Никого. Я вижу одного претендента на пост президента Чеченской Республики — Кадырова. Сегодня в республике слабый руководитель не уживется. Здесь нужен человек, который, если нужно, найдет в себе мужество стать с оружием в руках против бандитов.

Одиннадцать лет мы жили по волчьим законам — по законам волчьей стаи, когда сильный беспощадно подавлял слабого, беззащитного, и наше сознание, к сожалению, к этому привыкло. И чтобы сейчас призвать людей к порядку, соблюдению принятых норм поведения, нужен человек, который возьмет на себя ответственность за это. Голова у него должна быть трезвая, а помыслы чистые. Это значит, что он должен принимать решения вдумчиво, не торопясь, быть рассудительным и добрым, в то же время, когда нужно, проявляя твердость и жесткость, когда идет речь о нарушениях и преступлениях. Я не вижу такого человека, который соответствовал бы этим качествам.

Получая в Избиркоме удостоверение, я сказал, если такой человек объявится и его поддержит народ, то я откажусь от своих намерений баллотироваться на пост президента и буду ему помогать.

— Как вы оцениваете свои шансы на успех?

— Народ хочет мирной, стабильной, безопасной жизни, того же хочу и я. Выборы — наш исторический шанс. Я верю в свой народ. И с любым выбором народа соглашусь.

— Какие особенности вашей избирательной кампании позволят Вам победить?

— Я на этот вопрос уже отвечал. Я из самой гущи народа. Знаю его боль, его надежды и чаяния. И люди меня именно таким и воспринимают — я никуда не уезжал из республики, вся моя семья находилась в Чечне во время военных действий. Народ это видит и по достоинству оценивает. Я знаю, что и как надо сделать. И главная моя цель — это безопасность людей, возрождение республики, благополучие моего народа. Это и есть особенность моей избирательной кампании.

— Как вы оцениваете то, как проводится избирательная кампания других кандидатов?

— Я с самого начала сказал: для всех должны быть созданы равные условия и равные возможности. Всегда придерживался этого принципа.

— Рассчитываете ли вы на честный подсчет голосов?

— Я не думаю, что будет по-другому. Я доверяю тем, кто входит в состав территориальных, участковых избирательных комиссий. Доверяю руководству республиканской Избирательной комиссии. Более того, за процессом голосования будут наблюдать сотни наблюдателей. Так что подтасовок, думаю, не будет.

— Ваше отношение к контртеррористической операции (менялось ли оно с начала и до сих пор)?

— Понимаю ваш вопрос. Мое отношение к контртеррористической операции всегда было однозначное и никогда не менялось. Когда бандформирования Хаттаба и Басаева вошли в Дагестан, я первым поднял голос против этого. Терроризм, бандитизм, религиозный экстремизм не имеют национальности. С этим злом нужно вести решительную борьбу. Другое дело, что нужно это делать, не подвергая жизнь мирных граждан опасности.

— Встречаетесь ли вы с какими-нибудь трудностями, неожиданностями в ходе вашей избирательной кампании?

— Трудности, неожиданности возникают в любом деле. Вся наша жизнь состоит из них. Тем более в Чечне. Но я привык решать трудные вопросы. Так что мне не привыкать. Я знаю, какой опасности подвергаю себя, своих близких и родных, своих сторонников, объявив непримиримую войну терроризму, бандитизму и религиозному экстремизму, но иначе мирную, стабильную, безопасную жизнь в Чечне не наладить. А я хочу для своего многострадального народа именно такой жизни — мирной, стабильной, безопасной. И, даст Всевышний, мы этого добьемся.

Назад к странице Чечня: политический процесс в Зазеркалье

Назад к странице Сборники

К разделу "Публикации"

Наша кнопка