|
"Охота на ведьм" или как орловские власти борются с инакомыслием
Региональные издания
Государственные "футболисты"
Весточка из родного дома
Партнеры МХГ
Тревоги, планы и надежды последнего года тысячелетия
Выступления и заявления
Напишем депутатам письма!
Чечня: мы все виноваты, мы все обязаны что-то делать
Независимый контроль за выборами
От редакции
|
(МХГ провела "круглый стол")
"Круглый стол" "Нарушения прав человека и гуманитарного законодательства в Чечне", организованный Московской Хельсинкской группой при поддержке Международной Хельсинкской Федерации, состоялся 25 января 2000 года в Национальном Институте Прессы. Участие в обсуждении проблемы приняли: президент Международной Хельсинкской Федерации (МХФ), председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, вице-директор МХФ Ульрих Фишер, исполнительный директор МХФ Аарон Роудс, члены Федерации Брижит Дюфур и Владимир Вайсман. Председатель совета правозащитного центра "Мемориал" Олег Орлов и член совета ПЦ "Мемориал" Александр Черкасов представили отчет о своей недавней поездке в Чечню. Точку зрения официальных властей России высказали первый секретарь МИД РФ Сергей Чемарев, директор Центра общественных связей ФСБ Александр Зданович, председатель Комиссии по правам человека при президенте РФ Владимир Карташкин, а также глава подразделения по борьбе с похищениями людей Малгобекского района Ингушетии Магомед Евлоев.
Помимо заявленных программой "круглого стола" докладов, прозвучали мнения журналистов, представителей различных общественных и правозащитных организаций.
Начавшиеся в строго регламентированном порядке, выступления постепенно становились эмоциональнее, проявилось противостояние различных точек зрения. К моменту дискуссии заседание никак нельзя было назвать формальным изложением взглядов на войну в Чечне.
В своем вступительном слове президент МХФ Людмила Алексеева постаралась сразу определить отношение правозащитного сообщества России к этой войне. Она пояснила, что правозащитники не против борьбы с террористами, нарушающими самое священное право человека – право на жизнь, но федеральные силы в этой борьбе зачастую переходят всякие границы, определенные международным правом и элементарной гуманностью. Эта ситуация требует вмешательства общественности. В том числе такого мощного союзника, как общественное мнение Запада, в частности Международной Хельсинкской Федерации. Следом за Л. Алексеевой выступил журналист "Новой газеты" Вячеслав Измайлов, более года находившийся в Чечне.
Его точка зрения, подтвержденная фактами и личным опытом, сводилась к тому, что нельзя взвалить вину за происходящее теперь в Чечне на какую-либо одну сторону конфликта. Неправильно было бы утверждать, что за творящийся на Кавказе кошмар несет ответственность только чеченская, или только российская сторона. Вина лежит на всех людях, имеющих отношение к войне. Бывают ситуации, когда солдат несет больше ответственности, чем генерал. Так было, например, в Назрани, когда напившиеся солдаты расстреливали мирных жителей.… Как рассказал Измайлов, заложников в российских городах чеченцы брали с помощью русских, руководитель 6-го отдела управления по борьбе с организованной преступностью Шалиев держал в заложниках и пытал "своих" и "чужих", а заместитель министра внутренних дел Чечни Мулди Пажиев получил по 300 тыс. долларов за захваченных российских журналистов. Вместе с тем российский генерал Шаманов, говоря с солдатами, называет чеченцев обезьянами, гориллами…
"Грязи много с обеих сторон", — заключил журналист, но главное то, что, как и в предыдущую кампанию, вся тяжесть ложится на плечи восемнадцати-, девятнадцатилетних ребят, тех самых СОБРов, по-прежнему, вопреки официальной информации, плохо подготовленных к условиям этой войны. Изменить сложившуюся ситуацию можно лишь с помощью "…мужества, воли, самоотдачи…" всех имеющих отношение к этой беде, – закончил выступление Измайлов.
Прозвучавший далее доклад Аарона Роудса стал довольно резким осуждением политики, проводимой Россией по отношению к субъекту Федерации. Г-н Роудс практически продолжил мысль ранее выступавших в части многократного нарушения федеральным центром Женевских соглашений и сообщил, что согласно подписанным правительством РФ в 1994 году обязательствам России необходимо решать этот конфликт мирными средствами.
Фактическую сторону ситуации в Чечне дополнил представитель общества "Мемориал" Александр Черкасов. На конкретных примерах он постарался доказать, что информация, поставляемая официальными источниками широкой общественности, на поверку оказывается не слишком верной. Что зоны безопасности, гуманитарные коридоры, точечные удары и прочие методы "цивилизованной" войны в Чечне реально не оправдывают своего назначения. Едва ли можно назвать ракетный обстрел дома Шамиля Басаева, проведенный федеральными войсками 27 октября 1999 года, точечным. Погибло много ни в чем не повинных людей, самого же хозяина просто не оказалось дома.
Как сообщил Олег Орлов, мирное население Чечни устало от боевиков, ваххабитов и довольно прохладно относится к Масхадову. Поэтому чем жестче действуют российские войска, тем быстрее мы теряем надежду на поддержку людей, которым в этой республике еще жить… Но власти, вольно или невольно, оставляют мирное население, беженцев на произвол судьбы. В создаваемых лагерях нет топлива, пищи, медикаментов. Фактически людей выдавливают обратно в Чечню.
Лидия Графова (Координационный Совет помощи беженцам), побывавшая в Чечне и в эту, и в прошлую войну, говоря о сегодняшнем положении беженцев, сказала в своем сообщении: "…такого ужаса, как сейчас, я не видела никогда…" Л. Графова предложила две первоочередные задачи – это эвакуация из Чечни беженцев и как задача "максимум": доказать обществу, что, то что происходит в Чечне, – это война. И жертвы этой войны все мы.
Валентин Гефтер (Институт прав человека) внес конкретное предложение, предложив собирать хотя бы минимальную информацию о каждом случае нарушения прав человека, связанных с чеченской войной, и направлять документы по каждому нарушению в Европейский суд.
Отдельную тему – причин нынешней кампании в Чечне выделил глава подразделения по борьбе с похищениями людей Малгобекского района Ингушетии Магомед Евлоев. По его мнению, именно первая война породила то, что мы наблюдаем в Чечне сейчас. Из его слов следовало, что до 1994 года в республике была власть. Не было проявлений жестокостей, подобных нынешним. Но действия российского правительства привели к власти Масхадова, который оказался слабым президентом и "…вошел в сговор…" с экстремистски настроенными полевыми командирами. Это явилось, по мнению г-на Евлоева, одной из причин нового конфликта.
Сейчас есть силы, с которыми можно вести переговоры, но если положение вещей не изменится, если российские войска по-прежнему будут пренебрегать отношениями с мирными чеченцами и унижать население – эта война не кончится никогда.
Почти повторила слова г-на М. Евлоева преподаватель психологии Чеченского университета Лиза Мусаева, добавив, что эта война, результат большой политики. Что она просто кому-то нужна. Координатор общества патронирования обязательств России и Чечни также заявил, что Республика Ичкерия – противник, специально созданный Россией. Что, по его мнению, все происходящее — провокация.
Еще жестче было мнение Бориса Альтшулера. Он, среди прочего, сказал, что не существует двух сторон в этой войне. Есть сговор Кремля и боевиков.
Журналистка "Новой газеты" Анна Политковская, в свою очередь, привела конкретный пример, рассказав, что МВД РФ отправляет под Грозный сотню бойцов ингушского ОМОНа, не учитывая присутствие там ОМОНа Осетии и напряженных отношений между этими двумя национальностями. Как предположила А. Политковская, правительство РФ пытается стравить ингушей и осетин под Грозным.
Была и третья грань в этом обсуждении. Председатель Комиссии по правам человека при президенте РФ В. Карташкин после выступления А. Роудса об обязательствах России в отношении международного права предложил не путать конфликт между государствами и конфликт внутренний. Внутренний конфликт является правомерным. Обе стороны в таком конфликте должны соблюдать международные соглашения относительно ведения войны. Чеченцы не соблюдают никаких законов. Россия же в данном случае борется за свою территориальную и национальную целостность. В. Карташкин предложил объективно подходить к проблеме Чечни. Фактически поддержал В. Карташкина директор ЦОС ФСБ Александр Зданович, призвав говорить о правах каждого человека, не выделяя одну сторону пострадавшей.
Члены МХФ А. Роудс и Брижит Дюфур не согласились с представителями властных структур РФ. МХФ считает, что не существует морального равенства между огромной страной и небольшой республикой, а права человека не являются делом внутренним. А. Роудс напомнил о том, что у присутствующих нет ни малейшего представления о рассказах представителей Чечни, приезжающих в Стамбул и Берлин.
Сергей Чемарев, первый секретарь МИДа РФ, сообщил, что Министерство иностранных дел готово к сотрудничеству с международным правозащитным сообществом, посетовав при этом на "менторский", по его выражению, тон, которым Запад пытается говорить с Россией. По его мнению, проблема Чечни — это лишь межэтнический и межконфессиональный конфликт.
Однако дискуссии отгремели, лишний раз доказав, что, несмотря на неизбежную разницу в подходах к проблеме между властями РФ, российскими правозащитниками и международным общественным мнением, компромисс все-таки возможен. А компромисс, как показывает практика, это лишний шаг к действию.
Вице-директор Международной Хельсинкской Федерации Ульрих Фишер в своем заключительном слове подчеркнул, что задача МХФ — способствовать российской демократии, развитию здесь здорового гражданского общества, и это окончательная цель федерации.
Подвела итог круглого стола президент Московской Хельсинкской Федерации Людмила Алексеева: обе стороны чеченского конфликта так много лгали, что теперь переговоры возможны только при участии международных посредников. Поэтому необходимо призвать на помощь любые международные организации, способные помочь остановить катастрофу в Чечне.
Алексей Малинин,
Информационный центр правозащитного движения
К содержанию номера
|
