|
ИСТОРИЯ 62. Белградскому совещанию по проверке выполнения Соглашения в Хельсинки Мы с напряженным вниманием следим за ходом Совещания в Белграде. Чрезвычайно важна начавшаяся на Совещании дискуссия по гуманитарным статьям Заключительного акта конференции в Хельсинки. События в Белграде оживленно обсуждаются в мировой прессе и получают самые противоположные оценки. Это связано, по-видимому, с необычным характером исходного документа — Заключительного акта Хельсинки.Признание незыблемости послевоенных границ и ряд других положений акта несомненно являются существенной уступкой Запада советской стороне. С другой стороны, гуманитарные статьи акта — в особенности статья VII первого раздела — предоставляют Западу определенные возможности добиваться большей открытости социалистических обществ и соблюдения в них прав человека, что является необходимым условием обеспечения прочного мира, основанного на взаимопонимании и доверии. Подтверждение в Заключительном акте всеобщего значения прав человека и основных свобод как существенного фактора мира, справедливости и благополучия имеет принципиальное значение. Возможности, заложенные в гуманитарных статьях акта, после конференции в Хельсинки получили, по нашему мнению, дополнительное подкрепление. Один из появившихся за это время факторов — решительная и заслуживающая всяческой поддержки позиция нового президента США Д. Картера, провозгласившего вопрос о правах человека во всем мире моральной основой политики США. Второй фактор — развитие движения за права человека в странах Восточной Европы, появление в Чехословакии, Польше, СССР новых форм этого движения. Третий фактор — сдвиги в общественном мнении в самих западных странах. Мы высоко оцениваем поддержку прав человека парламентами западных стран, профсоюзами, научными и культурными организациями. В большой степени уже на Белградской конференции должно определиться, сумели ли политические руководители Запада использовать эти уникальные возможности. Поэтому так велико ее значение. В этом документе мы излагаем свою точку зрения по вопросам, имеющим, по нашему мнению, отношение к Белградской конференции. Мы особо подчеркиваем то обстоятельство, что статья VII первого раздела Заключительного акта содержит прямую ссылку на Всеобщую декларацию прав человека и Международные пакты о правах. Тем самым на Белградское совещание возлагается не только право, но и обязанность рассмотреть нарушения прав человека в полном объеме, предусмотрен ном этими документами, вне зависимости от того, что некоторые положения не повторены в других разделах акта. Мы подчеркиваем далее, что отрицать право Белградской конференции рассматривать нарушения прав человека в странах, подписавших Заключительный акт, под предлогом "принципа невмешательства во внутренние дела других стран" было бы равносильно отрицанию международного характера всего Заключительного акта в целом. Удовлетворены ли мы позицией западных стран в Белграде, какой она выявилась к настоящему моменту? К сожалению, лишь с определенными оговорками. Достаточно последовательно выступали США и некоторые малые европейские страны (в частности, Нидерланды, Дания, Норвегия, Швеция, Бельгия и др.). Крупные же западные державы до сих пор не заняли сколько-нибудь последовательной позиции, тормозя тем самым усилия стран, настаивающих на полном соблюдении гуманитарных статей Заключительного акта. Мы считаем очень важным, чтобы дискуссия на Белградском совещании по правам человека не ограничилась одними общими формулировками и более или менее случайно попавшими в поле зрения западных делегаций нарушениями прав человека, иногда очень важными, а иногда и второстепенными. Необходима принципиальная оценка положения в целом, с использованием всего доступного делегациям массива информации, в частности 24 документов, составленных Группой содействия выполнению Хельсинкских соглашений в СССР. Необходимо предусмотреть широкие меры для исправления как недостатков общего характера, так и всех существенных конкретных нарушений. Дискуссия не должна принимать характера взаимных обидных упреков и демагогии, но позиция западных делегаций по всем существенным вопросам должна быть абсолютно твердой и решительной. Советский Союз может пойти на угрозу срыва Совещания в Белграде под предлогом вмешательства в его внутренние дела, в завуалированной форме эта угроза уже используется. Мы думаем, что в действительности он вряд ли пойдет на такой срыв, так как при этом весьма сильно затрагиваются его собственные интересы. Но если срыв Совещания все же будет иметь место, он был бы, конечно, большим несчастьем, длительной, но все же временной задержкой на исторически неизбежном пути разрядки. Но гораздо большим несчастьем, катастрофой с трудно поправимыми последствиями для всего будущего человечества были бы, по нашему глубокому убеждению, капитуляция и нерешительность перед лицом шантажа этой и аналогичными угрозами. По нашему мнению, три группы проблем прав человека должны явиться предметом рассмотрения Совещания в Белграде. I. Это, во-первых, затрагивающие широкие группы населения проблемы, имеющие для этих групп жизненно важное значение. Сюда относятся: 1) Нарушения свободы религии, свободы церкви от государственного контроля, свободы религиозной проповеди. Известны преследования тех религиозных групп, которые отказываются мириться с такими нарушениями. Дискриминация верующих в области образования и труда, судебные и психиатрические репрессии, отбирание детей у родителей — таковы наиболее известные формы религиозных преследований. 2) Нарушение права на свободный выбор страны проживания. О нарушениях в СССР этого права, имеющего решающее значение для освобождения граждан от произвола государства и для установления взаимопонимания между народами, есть обширный документальный материал. Отметим лишь некоторые аспекты. Советские органы в вопросе об эмиграции заведомо недобросовестно ограничивают содержанием пункта о соединении семейств из "3-й корзины" более общий вопрос о праве на свободный выбор страны проживания, предусмотренный Всеобщей декларацией прав человека ООН и Пактами о гражданских и политических правах, ратифицированных СССР и тем самым предусмотренных статьей VII первого раздела Заключительного акта. Например, заявления о выезде из СССР рассматриваются лишь при наличии вызова от родственников, что полностью противоречит упомянутым документам. Более того, ОВИР (Виза-Департмент) присвоил себе право определять степень родства, необходимую для действительности вызова. В некоторых случаях работники ОВИРа пользуются термином "отказ по Хельсинки", подразумевая под этим недостаточно близкую, по мнению этих работников, степень родства с лицом, пославшим вызов. Эта практика создает непреодолимые трудности для очень многих, желающих эмигрировать. При этом официально они не числятся таковыми, поскольку их желание никак не отражено в каких-либо документах. Необоснованные отказы при наличии вызовов, злоупотребления так называемой секретностью, постоянные случаи недоставки вызовов почтой, особенно в провинции, случаи преследования желающих эмигрировать — другие аспекты той же проблемы. 3) Всеобщая декларация прав человека, Международные пакты о правах предусматривают запрещение принудительного труда. Массовое применение принудительного труда в местах заключения СССР является нарушением этих соглашений и тем самым, согласно статье VII первого раздела акта, требует рассмотрения на Белградском совещании. Принудительный труд заключенных и так называемых "условно освобожденных с обязательным привлечением к труду" особенно широко применяется в отдаленных районах Севера и Востока, в условиях тяжелого климата и произвола администрации. 4) Нарушения прав человека в области национальных проблем. Право народа крымских татар жить в Крыму, которое вот уже более 30 лет с такими жестокостями и беззаконием попирается властями,— один из примеров. Дискриминация евреев в области образования и труда — другой широко известный пример. II. Вторая группа нарушений Заключительного акта относится к тем статьям 3 раздела, которые имеют целью облегчение контактов между людьми и расширение обмена информацией. 1) Нет никакого улучшения в предусмотренном актом расширении и облегчении туристских и иных зарубежных поездок. Несомненно, в частности, что духу Хельсинки противоречит настойчивое стремление властей ограничить иностранных туристов в СССР и советских за рубежом от контактов с населением, например, разрешить проживание иностранцев только в гостиницах, а не в семьях, что искусственно крайне ограничивает возможный объем туризма и его значимость для познания жизни и стремлений населения. 2) Чрезвычайно затруднены родственные контакты с лицами, эмигрировавшими в другие страны. Это очень серьезное нарушение Заключительного акта. 3) Хельсинкский акт предусматривает расширение и облегчение обмена периодическими печатными изданиями, информационными изданиями, кино и телевизионными фильмами, записанной на пленку информацией, расширение обмена радио информацией. Положение в этой области остается совершенно неудовлетворительным. III. Третья группа проблем связана с политическими репрессиями, представляющими собой особо опасное нарушение прав человека, нарушение статьи VII Заключительного акта. Политические заключенные СССР — это узники совести, не применяющие насилия, репрессированные за ненасильственные действия, обусловленные их убеждениями. 1) В последнее время особое внимание мирового общественного мнения привлекли репрессии против 13 членов советской Группы содействия выполнению решений Хельсинкской конференции: в Москве, на Украине, в Грузии и Литве — Орлова, Гинзбурга, Щаранского, Ланда, Сереброва, Тихого, Руденко, Мариновича, Матусевича, Гамсахурдии, Коставы, Пайлодзе, Пяткуса, Гаяускуса. Над Ланда, Серебровым, Руденко, Тихим состоялся суд, и им вынесены совершенно несправедливые, по нашему глубокому убеждению, приговоры. Особенно суровые приговоры вынесены Руденко — 12 лет заключения и Тихому — 15 лет заключения. Остальные ждут суда, находясь в полной изоляции от мира в следственных тюрьмах. Репрессии против членов Хельсинкской группы — прямой вызов западным странам, подписавшим Заключительный акт, проверка их твердости в защите провозглашенных принципов. Дело чести для этих стран — добиться освобождения всех арестованных и осужденных. Очень важно, чтобы никто из них не был оставлен на расправу властям, чтобы не удалось явное желание властей и здесь провести разделение на более и менее защищенных. Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что репрессии против членов Группы "Хельсинки" — лишь малая часть политических репрессий в СССР. Сама Хельсинкская группа в значительной мере была создана для защиты политических заключенных. Не исключено, что репрессии против Хельсинкской группы были задуманы властями как отвлекающий маневр, ставящий западные страны в трудное положение, при котором вновь возникшая проблема парализует усилия по более старым и привычным. Этой опасности необходимо избегнуть. 2) Многие политзаключенные СССР и стран Восточной Европы и политические узники психбольниц широко известны международным организациям, борющимся за права человека, в частности "Эмнести Интернейшнл". Вероятно, целесообразно, если бы Белградское совещание запросило от этой авторитетной международной организации официальный доклад о политических репрессиях в странах, подписавших Заключительный акт, с поименным списком всех политзаключенных и узников спецбольниц, описанием их дел и положения в местах заключения. 3) Нарушением VII статьи 1 раздела Заключительного акта являются репрессии за защиту прав людей и распространение информации о нарушениях этих прав: среди находящихся в лагерях и тюрьмах с тяжелейшими, недостойными нашего времени условиями, среди находящихся в ссылке — выдающиеся участники движения за права человека в СССР: Сергей Ковалев, Семен Глузман, Анатолий Марченко, Мальва Ланда, Андрей Твердохлебов, десятки других, не менее достойных глубочайшего уважения людей. 4) Нарушением акта являются репрессии за религиозную деятельность; среди находящихся в заключении — Георгий Винс, Василий Романюк и многие другие. 5) Нарушением акта являются репрессии за разнообразные критические высказывания, а также за ненасильственную защиту национальных интересов своих народов. Это самые многочисленные наряду с религиозной категории политзаключенных и узников психбольниц. 6) Существенные нарушения прав человека имеют место в отношении лиц, репрессированных за их попытку осуществить свое законное право покинуть страну; среди них — участники так называемого "Ленинградского самолетного дела", осужденные на длительные сроки заключения по неправомерному обвинению в измене родине (Альтман, Бутман, братья Залмансон, Дымшиц, Менделевич, Мурженко, Федоров, Хнох). Это же обвинение у многих других, в том числе у Федоренко и Зосимова. Очень многие, желавшие покинуть страну, помещены в психбольницы. 7) За изготовление подарка-сувенира народу США в заключении Петр Рубан. 8) Мы призываем Белградское совещание отдельно высказаться в защиту тех политзаключенных, положение которых является особенно тяжким. Среди них — Микола Руденко, инвалид 2-й мировой войны, Мераб Костава и Звиад Гамсахурдиа, которым угрожает психиатрическая тюрьма, многие тяжело больные заключенные — назовем Сергиенко, Гинзбурга, Шумука, Шахвердяна. Тяжело болен узник психбольницы Плахотнюк, осужденный за распространение "Украинского вестника". Мы просим Белградскую конференцию со всей серьезностью рассмотреть поднятые в настоящем обращении вопросы, число которых мы по возможности ограничили. Члены Группы содействия выполнению Хельсинкских соглашений в СССР: Елена Боннэр, Петр Григоренко, Наум Мейман, Татьяна Осипова, Виктор Некипелов, Владимир Слепак Полностью согласны с текстом обращения: Андрей Сахаров, Татьяна Великанова, Александр Лавут, Владимир Борисов Члены Христианского комитета защиты прав верующих в СССР: свящ. Глеб Якунин, иеродиакон Варсонофий Хайбулин, Виктор Капитанчук Члены Рабочей комиссии по расследованию использования психиатрии в политических целях: Вячеслав Бахмин, Александр Подрабинек Представители свободных адвентистов: Ростислав Галецкий, В. А. Шелков 21 ноября 1977 г. К списку 1977 года К общему списку |
Наша кнопка  |
|